?

Log in

No account? Create an account
Итак, до начала чемпионата мира по футболу… (как с обязательным восторгом добавляют все наши комментаторы и ведущие – в Москве) остался один день. В ближайший месяц, как говорится, страна будет жить футболом. Пора представить свой прогноз. Исключительно спортивный. Чтобы потом прилюдно посыпать голову пеплом.

1.Мои фавориты: Бразилия, Аргентина, Франция, Бельгия
2.Я отцепляю Испанию, Германию, Португалию и Англию. Хотя готов допустить, что англичане, наконец, выстрелят и пройдут в полуфинал (болею персонально за Рэшфорда), а Роналду в очередной раз покажет себя во всей красе.
3.Из той четверки фаворитов, что я отметил, болею за Бразилию (чуть-чуть больше) и Францию. Если они встретятся в финале – это будет для меня праздник.
4.Лучшими игроками и бомбардирами будут Погба, Мбаппе, Роналду, Мессе, Неймар, Жесус, де Брёйне, Азар, Лукаку, Рэшфорд, Али и снова, как и четыре года назад, Хамес Родригес. Если бы Лёв не поступил так жестоко и, по-моему, несправедливо с Сане, то и он бы сыграл классно. Короче, лучших много, очень много… Еще, как минимум, дюжина.
5.Что касается сборной России, она должна выйти из группы, чтобы сразу проиграть. И этот чемпионат станет или «звездным часом» для Смолова и Головина, или они сгорят в плотных слоях футбольной атмосферы. Скорее, последнее. Болеть же буду за Зобнина и против Черчесова.

Точка нравственности

В ходе вчерашнего общения одна моя знакомая сказала, что совсем недавно как-то вдруг совершенно отчетливо для себя поняла, что когда речь идет об аморальном, безнравственном поступке, он так и должен быть назван. Без всяких смягчающих обстоятельств – мы же не судьи, а только, если можно так сказать, констатанты. Притом констатируем мы для себя, чтобы не запутаться. Ибо как только начинается разговор о том, к примеру, что надо оценивать то или иное действие по меркам времени, понимать обстоятельства, закладываться на целесообразность и прочее, понятие этой самой морали и нравственности размывается. Была вполне понятная точка, но чем дальше от нее, тем она уже почти не видна, и вроде как и не аморально все было, а все относительно. Нет, в той самой точке все абсолютно. И определять ее для себя мы должны из сегодняшнего времени, из нашего представления о нравственности, о добре и зле. Иначе, вообще нет критериев, а следовательно и понятий таких тоже. Повторяю – мы не судьи, но мы не должны заблудиться в трех соснах.

Формы протеста

Фактически в продолжение темы "Стратегия сопротивления". Закончился кинофестиваль "Кинотавр". Как и ожидалось, на церемонии вручения призов прозвучали голоса в защиту Серебренникова и Сенцова. Сначала Авдотья Смирнова, процитировав строчку из Евангелия, напомнила о милосердии - из зала кто-то крикнул "Браво!" Потом от лица жюри с заявлением выступили режиссер Попогребский и кинокритик Плахов, и в завершении всего был даже зачитан отрывок из письма Сенцова. Зал, понятное дело, умеренно аплодировал. А позволившие себе со сцены заявить о своей солидарности и о просьбе к снисхождению были очень горды собой, обнимались и благодарственно кивали в зал.
По случайному стечению обстоятельств вместе с этими роликами сегодня же вышел и другой, где Роберт де Ниро на вручении премии "Тони Эвордс" посылает Трампа.

В Питере, в рамках диалогов в "Открытой библиотеке", прошли несколько встреч, одна из них, в которой участвовали Дмитрий Быков и Александр Эткинд, называлась "Стратегия сопротивления". Так или иначе эти диалоги были посвящены солидарности с Олегом Сенцовым и тому, как ему помочь. Но, конечно, дискуссии были шире. В общем, разговор не долгий, в пределах часа. Эмоциональный. Слушается легко.



За этот час было затронуто много важных вопросов. Для удобства я их попробую сформулировать письменно. Будет желание ответить на какой-либо из них, и в целом по теме Диалога, значит, так или иначе, в своем формате мы его продолжим.

1. Нуждается ли наше время в героях или в "теории малых дел"?
2. Герой ли Алексей Навальный и есть ли у него политическое будущее?
3. Возможен ли диалог с властью?
4. Как вы относитесь к публичной благотворительности, и можно ли брать у государства деньги на благие дела?
5. Устарел ли призыв Солженицына "Жить не по лжи"?
6. Насколько важна репутация?
7. Достаточно ли (возможно ли) в нынешних условиях просто оставаться порядочным человеком?
8. Считаете ли вы, что после "предательства элит" наступит "восстание масс"?
К «Дню России», главные социологические службы страны провели опрос на тему патриотизма населения. И, в частности, по данным «Фонда общественного мнения» оказалось, что 92 % опрошенных считают себя патриотами, а 5% - нет.
Если бы спросили меня, я бы затруднился с ответом. С одной стороны – патриот, в смысле я родился в СССР, всю жизнь живу в Москве, люблю ее, воспитан, в том числе, в русско-советской культуре, с удовольствием разговариваю по-русски, в основном, болею за наших спортсменов, (правда, без фанатизма), хочу, чтобы людям в моей стране жилось лучше, безопаснее и счастливее.
Но я не люблю, даже «на дух не выношу» (буквально) сегодняшний казенный, квасной ура-патриотизм. Мне он претит эстетически и кажется опасен. Для "государственных патриотов" - человеком можешь ты не быть, а патриотом быть обязан. А это не по мне. Но если критерий патриотизма – искреннее переживание за свою страну, неподдельное желание, чтобы она процветала, и чтобы ты, по мере сил, в этом участвовал, то я только «за».
И все же (и мы неоднократно об этом говорили), во-первых, в меня вселяется дух противоречия, как в Бродского, когда он готов был голосовать «за» колхозы, потому что Евтушенко стал «против» них. Мне неловко называть себя патриотом, когда громче всех так называют себя люди, которым я не верю, не уважаю, даже презираю. А, во-вторых, мне все же кажется, что будущее за космополитизмом, и что быть человеком и гражданином мира важнее, чем быть патриотом.
Дмитрий Быков высказался о романе своего коллеги, старого знакомого и конкурента по «Большой книге» Александра Архангельского «Бюро проверки». В ней речь идет о событиях девяти дней 1980 года. Дмитрий Львович, который, как всем известно, «семидесятник» 1968 года рождения, сразу заявил, что хорошо помнит в свои 12 лет это время. И удивляется и сожалеет, что в романе Архангельского не чувствуется тех перемен, которые уже ощущались в Олимпиадной Москве. Той самой Олимпиады без атлетов многих стран, не поехавших на Игры в знак протеста против войны в Афганистане. В тот самый год, когда умер Высоцкий, был лишен гражданства Аксенов (и не он один) и вышел грустный фильм Иоселиани «Пастораль». (К слову, как раз о двух мирах, друг друга мало понимающих).
Потом, правда, уважаемый ведущий программы «Один» быстро переходит в более ему знакомые – 83-84 годы, когда, будучи старшеклассником, он уже читает там и сям издат, влюбляется в неземных девушек, начинает писать неплохие стихи… Его переполняет то время. И он не понимает, почему у Архангельского нет той же магии, вкуса тех лет, всех этих запахов перемен, зарождающейся весны, глубины поисков себя и Бога. Может и есть, но какие-то поверхностные, не эмоциональные.
Да потому, что Вы были маленьким еще тогда, Дмитрий Быков. Меня тоже переполняло в 68-ом-69 году, когда я заканчивал школу - с Жалакявичюсом и его «Никто не хотел умирать», с Панфиловым и его «В огне брода нет» и тем же Иоселиани с «Листопадом». Я уже не говорю об «Обыкновенном фашизме» Ромма, который я впервые посмотрел тогда прямо в школе. Годом раньше вышел «Цвет граната» Параджанова и «Мольба» Абуладзе, потом "Андрей Рублев" Тарковского. А также выдающийся «Комиссар» Аскольдова, который практически «смыли», и мы его, конечно, тогда не увидели. Мы же читали Селлинджера, Хемингуэя и Ремарка. А в это время «Танки шли по Праге», и из нее навсегда уехал мой любимый писатель Людвик Ашкенази. А в Москве сняли все спектакли по пьесам Артура Миллера, который что-то там наговорил об евреях-«отказниках».
Тем не менее, было и многое другое, что меня окрыляло тогда, в мои последние школьные годы. Но это было энергия молодости – Битлз, Вудсток, хиппи. А потом наступили 70-е. Вы их очень любите, Дмитрий. Я тоже. Но они начались с фильма «Посол Советского Союза», где показали Сталина во время парада 6 ноября: камера остановилась на нем на несколько секунд, и зал зааплодировал. (Я сам видел все это в кинотеатре "Художественный", что на Арбате). Мы стали читать «Хронику текущих событий», кое-кто помогал ее распространять. Но потом, случился известный судебный процесс над Петром Якиром и разгром диссидентского движения.
Но вы правы - в 1972 году был поставлен и «Гамлет» на Таганке. Я его видел в том же году. Высоцкий, к сожалению, не произвел на меня такого впечатления, как на вас. Правда, вам было тогда 4 года. Ну да ладно. А какие были писатели – опять же вы правы: Шукшин, Трифонов, Тендряков, Быков, Искандер, Воробьев, Распутин, Астафьев, Абрамов, Белов… А в декабре 81-ого года Ярузельский ввел военное положение в Польше и интернировал руководство «Солидарности». Ах да: еще Московский кинофестиваль, кинотеатр «Повторного фильма», «Иллюзион» – сколько всего мы там посмотрели: Фабри, Феллини, Коппола, Сабо, Бергман, Форман, Кубрик.
82-84 годы, в которые вы, тогда еще Дима Быков, были счастливы, было время после смерти Брежнева – застой жуткий. А потом тревожное время Андропова и стыдное - Черненко. Это было время сбитого Южно-корейского Боинга и разгар войны в Афганистане.
И это было, для меня лично, время, когда по доносам, как политически неблагонадежный, я вынужден был уйти из школы, где преподавал историю и был заместителем директора по воспитательной работе, и проработать почти год на строительстве газопровода в Мордовии, в районе Зубовой поляны. А вернувшись в Москву, был вызван на собеседование в КГБ, а потом смог устроиться лишь педагогом-организатором в ЖЭК. Вот что это было за время. В том числе.
Время, когда, к примеру, был лишен гражданства Юрий Петрович Любимов, главный режиссер театра на Таганке, чуть раньше разгромлена правозащитная московская Хельсинская группа, аккурат тогда Сахаров держал очередную голодовку. А чуть позже Анатолий Марченко умер в лагерях в результате уже своей голодовки. Сахарову не дали умереть, а Марченко дали.
А вы, Дмитрий Львович, читали тогда «Пионерскую правду» и журнал «Ровесник» и ездили в свой любимый Артек. А потом вероятно засиживались в «Алых парусах» в Комсомолке. Кто там тогда был? Соловейчик, Хилтунен, Мариничева?.. Я тоже знал их всех лично, но только потом, в начале 90-х.
Короче, флаг вам в руки, Дмитрий Львович. Это ваша личная история. И она вполне себе сказывается на вас и сегодня. Но это совсем не значит, что остальные также благоговели и ностальгируют сейчас по тому времени. Или, скажем так, только по восторженной тональности своей юности. Так что ваше чтение Архангельского, думаю, крайне личное. (Естественно).
Как выясняется, даже читая одни и те же книжки, и смотря одни и те же спектакли и фильмы, можно жить как будто в разных странах. Точнее, в одной, но, эмоциональная и эстетическая память фокусируется у каждого на своем и действует очень избирательно.
Меня заинтересовала еще одна часть ответа В.В.Путина на заключительный вопрос ведущего - что надо ему такое сказать, чтобы все почувствовали себя неравнодушными к судьбе страны? Что-то в этом роде. И в частности, президент РФ отметил:

"Сейчас вопроса выживания страны нет: оружие есть, запасы есть, земли много, но все должны знать, что, если мы отстанем в своем развитии, мы можем отстать, и это станет угрозой для суверенитета. России нет необходимости прибегать к жестким мерам 30-50-х годов прошлого столетия, добиваясь прорыва в развитии, когда это было вопросом выживания".


Если я правильно понял президента, сталинские меры, предпринятые в те же 30-е годы - индустриализация, коллективизация и репрессии и при восстановлении хозяйства после войны - максимальная мобилизация, труд военнопленных, труд заключенных, новые репрессии - все это было оправдано задачей выживания. Фактически все эти "жесткие меры" президент оправдывает самой высокой целью - сохранением суверенитета страны, о котором и в этом раз упомянул Путин. В данном случая, сегодня, такой проблемы нет, а следовательно массовые репрессии нецелесообразны. Наоборот, для решения текущих и перспективных задач нужен "свободный, раскрепощенный человек".

Если президента спросить в лоб о сталинских репрессиях, он наверняка скажет, что осуждает их, а возможно уже и просто сожалеет. Но логика его высказывания подсказывает: если встанет вопрос "выживания страны" - перед внешней угрозой, перед внутренними вызовами - сталинской методикой вполне можно и даже нужно воспользоваться. Вполне себе рациональный подход. Можно даже сказать аморальный - с точки зрения традиционной гуманистической морали, но по-ленински-сталински вполне моральный, если во углу угла, как высшая ценность, ставится существование государства и его политического строя. Независимо от того, по каким причинам это государство и его политический режим подошли к своей опасной черте.

Прискорбно

В.В. Путин на вопрос - знает ли он что-либо о деле депутата Л. Слуцкого, ответил, что не в курсе. Что это значит? Или президент РФ зачем-то говорит неправду, или он не в курсе значимой общественной дискуссии, которая затрагивает в том числе парламент страны, его репутацию. И то, и другое прискорбно.

PS
Не будем это обсуждать. Если согласны с моим замечанием, ставьте лайки.

Вопрос дня

Слушаю пресс-конференцию президента России с российским народом. Это своего рода встреча народного монарха с подданными. Все так - президент выбран, но его реальные полномочия и отношение к нему как к монарху.
По формату - новый разговор, частично прилюдное селекторное совещание, по существу - ничего нового. И не может быть нового. Это понятно.
В интернете много вопросов, которые бы задали люди монарху-президенту. Мне понравился один - он выглядит как анекдот, но уж больно психологически точен.

"Владимир Владимирович, мне 70 лет, и я должен оплачивать капитальный ремонт дома, который начнется после моей смерти. Теперь вопрос. Скажите, сколько можно терпеть этот беспредел от НАТОвских генералов в южных провинциях Сирии?"

И еще раз о хамстве

Читаю комментарии, ответы на вопросы журналистов тренера сборной по футболу Станислава Черчесова - он все время хамит (не говоря уже о мате "от кромки поля"). И бывший тренер по хоккею хамил. И в биатлоне все хамят друг другу. Я уже писал - хамство становится нормой публичных отношений. И дело не в интернете. Это не его пространство. Дело в том, что хамят, нагло хамят, представители почти всех ветвей власти, порой даже судебной. И журналисты, к слову, тоже. Хамство в тренде. Хамство - доминирующий стиль. Почти каждый чиновник, подвергнувшийся критике, в лучшем случае отвечает оппоненту - бред, ерунда или кто он такой, чтобы вообще оценивать мою деятельность; в худшем, хамит напропалую. Беззастенчиво и главное - безнаказанно.
Что ж подобная атмосфера и примеры "старших товарищей" делает хамство нормой в обществе. И появление именно таких тренеров есть результат не случайный, а закономерный.

Profile

lev_56
Вообще и в частности

Latest Month

June 2018
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow